Tuesday
22/01/2019
USD: 66.36 (0,00)
EUR: 75.55 (0,00)


Назад

2018-12-25 13:13:00
Дела о госизмене: в зоне риска — мы все

Дела о госизмене: в зоне риска — мы все    Создатель объединения адвокатов и журналистов «Команда 29» Иван Павлов защищал Светлану Давыдову — многодетную мать, которую обвиняли в госизмене за звонок в украинское посольство. Бывшего сотрудника ГРУ Геннадия Кравцова, пославшего письмо в Швецию. Евгения Петрина, выдавшего ЦРУ секреты Русской православной церкви. Оксану Севастиди, написавшую смс про поезд с военной техникой. Игоря Баранова, который ехал на международную конференцию с распечатанным докладом. Он вел массу других похожих дел — и, видимо, не скоро останется без таких подзащитных. Вот и президент Путин на ежегодной пресс-конференции снова рассказал о новейших «системах оружия», каких «в мире пока нет», а у нас есть. У родины стало еще больше секретов. Адвокат прогнозирует: дел о госизмене и шпионаже поэтому тоже будет больше.
    — Иван Юрьевич, наш президент все время говорит о рывке, в частности — в сфере военных разработок. Но это же надо как-то охранять от врагов, которые охотятся на наши секреты? Это может обернуться увеличением числа «шпионских» уголовных дел?
    — Любая милитаристская риторика создает в обществе такие настроения, которые приводят к вспышке дел, связанных со шпионажем и государственной тайной. Почему так происходит? Мы живем, как нам говорят с экранов телевизоров, чуть ли не в военное время. Россия должна вооружаться. Вокруг враги. И так далее. Вообще, война — это о врагах. Если есть враги внешние — так нам ясно, кто это. Но война — это враги и внутренние.
    — А с ними не все ясно, их надо выявить.
    — Внутренние враги как раз и определяются статьями Уголовного кодекса. Это государственная измена и шпионаж. Спецслужбы выявляют врагов, показывая тем самым результаты своей деятельности.
    
    — А если с изменниками и шпионами туго? Может же быть так, что никто не шпионит и не изменяет?
    — Если не могут найти врагов, значит, их надо придумать. А чтобы придумать — при нашем действующем законодательстве даже большого ума не надо. Любая деятельность, если она связана с взаимодействием с иностранцами, с иностранными организациями, может быть интерпретирована или как государственная измена, или как шпионаж.
    — Новые разработки оружия — тут наука задействована. Как в наше время заниматься наукой, не взаимодействуя с коллегами в других странах?
    — Сейчас не только наука интегрирована в международное пространство. Любая интеллектуальная деятельность так или иначе связана с выходом за пределы границ государства.
    
    Невозможно в нашем информационном мире полностью быть изолированным. Невозможно не быть в контакте с каким-нибудь иностранным «элементом».
    
    А это как раз и есть почва для того, чтобы в таком контакте поискать состав преступления, предусмотренный 275-й статьей Уголовного кодекса — о государственной измене.
    — В вашей практике, я знаю, есть дела, когда просто письмо в зарубежный институт привело к уголовному преследованию. Например — «дело Кудрявцева».
    — Да, Виктор Кудрявцев, 75-летний ученый, находится сейчас в «Лефортово». Он был координатором международного проекта, в котором участвовал в 2012 году его институт ЦНИИМаш. Проекта, добавлю, который был официально одобрен правительственными органами. Кудрявцев отправил два отчета по этому проекту другому участнику — Кармановскому институту. Такие отчеты были проектом предусмотрены. Он получил все необходимые разрешения режимных комиссий своего института на отправку этих отчетов. Но теперь находится под обвинением в государственной измене.


Оригинал новости